Мусин-Пушкин Аполлон Аполлонович

11:46, 16 ივნისი 2026-ის ვერსია

Мусин-Пушкин, граф, Аполлон Аполлонович, тайный советник, был командирован в Грузию для исследования тамошних рудников и устройства горных заводов. Цицианов, отправляясь на Кавказ, выразил опасение, что граф, пользуясь своим чином и положением, будет вмешиваться по - прежнему в дела и тем затруднять местную власть и подрывать её авторитет. Император Александр, в рескрипте от 30 янв. 1803 г., опровергая опасения Цицианова, подтвердил, что Мусин-Пушкин может остаться единственно при горных заводах, конечно не иначе может во что-либо до сей части не относящееся вмешиваться, как по желанию самого Цицианова. Если же граф поступками своими затруднит исправление дел в Грузии, то Государь разрешал Цицианову привести графа от высочайшего имени в пределы возложенного на него поручения, единственно рудники грузинские целью имеющие. Опасения Цицианова не были неосновательны: Мусин-Пушкин представил министру внутренних дел полученное им от царя Имеретинского письмо, коим приглашал его к себе. Рескриптом 7 марта 1803 г. Государь сообщил об этом Цицианову и предоставил вполне его усмотрению разрешить ли Мусин-Пушкину принять приглашение или нет. Цицианов не нашёл нужным. В янв. 1803 г. на Ахтальском заводе, откуда сообщал Цицианову, что и с Высочайшего утверждения, открыты заводские начальства при Алавердском и Ахтальском заводах; так как главным препятствием к развитию горного промысла в Сомхети являлось отсутствие рабочих, то Мусин-Пушкин в мае 1803 г. вошёл с представлением о заселении пустынного Лорийского уезда выходцами греками и армянами, с тем, чтобы они выполняли на известных условиях заводские работы. Указом на имя Мусина-Пушкина 2 окт. 1803 г. заселение греками и армянами разрешено и повелено принять также рабочих и горнозаводчиков из России и Сибири с семействами, но повелено всё делать по соглашению с Цициановым. В 1804 г. завёл монетное производство в Тифлисе.

Похоронен 20 апр. 1805 г. по его желанию при Иерусалимской церкви в Тифлисе. Имение своё завещал в пользу и наследие находившейся при нём гувернантке девице Матрёне Алексеевой и прижитым им с оной детям. Медь оказалась плохого качества, никто не покупал по причине нековкости оной, казна выдала за неё много десятков тысяч, а не продано и на 10 тыс. рублей. Употреблялся негодный для выплавки чинаровый уголь, а нужен дубовый. Покойный Мусин-Пушкин при первом обозрении рудников не видал лесов, а после закрывал стыд своего невежества. 1805 г. Цицианов.

АКТЫ, I, 16, 17, 27, 31, 203 - 205, 211 - 214; II, 214.

Мусин-Пушкин, граф, Аполлон Аполлонович, тайный советник.

«Всё движимое моё имение и деньги, в подписанном уже мною наперёд реестре означенные, и сверх сего, как здесь, так и в Москве в доме тётки моей родной, её превосходительства госпожи генерал-поручицы Екатерины Эпафродитовны Масловой находящееся, предоставляю в пользу её совершенное наследие находящейся при мне гувернанткой девице Матрёне Алексеевне, которое, в случае смерти её, должно перейти в наследие прижитым мною с нею детям моим: сыну Аполлону и дочери Екатерине; 14 янв. 1805 г. Явлено и в книгу записано в Гражданской экспедиции Верховного Грузинского правительства 11 февр. 1805 г.»

Из дальнейшей переписки видно, что Матрёна Алексеевна Одинокова получила по этому завещанию 2000 рублей золотой монетой, 1355 рублей и много драгоценных вещей: перстни, серьги, цепочки, камни, часы и пр. Кроме того бельё, платья и всю вообще движимость. В 1806 г. Одинокова уехала в Москву. Библиотека, кажется, была признана казённою.

Архивное дело Тифлиcского губернского правления, 1806 г. № 410.

источник

Сборник сведений к словарю кавказских деятелей (XIX – нач. XX вв.), собранных Евгением Густавовичем Вейденбаумом, известная как «Картотека Вейденбаума»