Ван-Гален дон Жуан

Ван-Гален, дон Жуан (D. Juan Van - Halen), граф де - Поракампос, испанский офицер. Род. 16 февр. 1790 г. на острове Леон (Isla de Leon) в провинций Кадикс. Отец его, голландец по происхождению, служил в испанском флоте. Мать была родом из Кастилии. В сент. 1817 г. Дон Жуан был арестован и передан в руки инквизиции по подозрению в заговоре против короля Фердинанда VII. При помощи друзей и единомышленников ему удалось в начале 1818 года бежать из мадридской тюрьмы. Через Лондон прибыл он в Петербург и просил о принятии его в русскую военную службу. Высочайшим приказом 16 мая 1819 г. был он определён с чином майора в Нижегородский драгунский полк на Кавказе. Весной 1820 г. ген. Ермолов командировал Ван-Галена в отряд кн. Мадатова в Дагестане и за штурм аула Хозрека (12 июня 1820 г.) представил его к награде. В представлении было сказано: «Майор Ван - Гален, раненый на штурме Хозрека, служил примером неустрашимости и усердия, которые видел в нём каждый с уважением. Я прошу исходатайствовать ему орден св. Владимира 4-й степ. с бантом. Иностранец в стране отдалённой гордиться будет служением в храбрых войсках государя великого». Ван-Гален получил бы орден, если бы в Испании не обнаружилось в начале 1820 г. революционное движение, в котором, по полученным императором Александром сведениям, Ван - Гален принимал заочно участие. Вследствие этого государь не только отказал ему в награде, но и повелел Ермолову выслать его с фельдъегерем за границу, «как недостойного продолжать российскую службу». В всеподданнейшем рапорте Ермолова о выезде Ван-Галена сказано: «не решился я, Государь, отправить его с фельдъегерем и передать австрийскому правительству; исполнение воли Вашего Императорского Величества искал сделать приличествующим образом великодушию и милосердию государя, коего люблю я славу. Я приказал майору Ван - Галену, прибыв в гор. Дубно, ожидать там повеления. Если благоугодно будет вашему императорскому величеству, то оттуда можно будет вывезти его с фельдъегерем и передать в Австрию. Не ожидаю подвергнуться гневу вашего величества, но тем не менее должен был бы скорбеть, если бы иноземец, верно и с честью служивший, мог сказать, что за вину, в коей не изобличён, получил наказание от государя правосудного».

Испытав в течение своей долгой жизни много политических бурь, Ван-Гален скончался в Кадиксе 8 нояб. 1864 г.

В 1827 г. вышли в Париже в двух томах «Memoires de D. Juan van Halen». Второй том посвящён рассказу о пребывании в Петербурге и службе на Кавказе. К сочинению приложен портрет Ермолова, карта Кавказа и план сражения при Хозреке.

В послужном списке на 1 янв. 1820 г. значится: «Иван Антонович Ван - Гален, 29 лет, испанского королевства из города Кадикса, сын капитана морской службы. Из подполковников испанской службы определён 16 мая 1819 г. в Нижегородский драгунский полк. Грамоте российской и испанской читать и писать, также арифметике знает».

АКТЫ, VI/II, 42; Архив штаба КВО, Секретные входящие бумаги 1820, II; Похвиснев, Донесения и письма Ермолова // РС, 1872, нояб, 497-499

Ван-Гален, дон Жуан, граф де - Поракампос, родился 16 февр. 1790 г. на острове Львином или Леон в провинции Кадикс. Отец его, голландец по происхождению, служил в испанском флоте. Мать была родом из Кастилии. Дон-Жуан начал свою службу в том же флоте и за участие в знаменитом морском сражении при Трафальгаре 20 окт. 1805 г. был произведён в офицеры. Потом перешёл он в сухопутные войска. Во время занятия французами Испании Ван-Гален примкнул к партии патриотов, оскорблённых господством иноземцев. Но когда Наполеон, устранив Фердинанда VII-го, назначил испанским королём брата своего Иосифа Бонапарта (6 июня 1808 г.), Ван-Гален поступил к нему ординарцем. По приказанию короля, он три раза ездил во Францию с секретными поручениями. Кроме того, сопровождал Иосифа во время путешествия его в Париж на торжество крещения короля Римского.

В сент. 1813 года, после ряда поражений, нанесенных французским войскам испанскими гверильясами, король Иосиф был вынужден удалиться навсегда из Испании. Ван-Гален пожелал возвратиться на родину, но служба при чужеземце сделала его подозрительным в мнении испанских патриотов. Они потребовали от него доказательств нелицемерной преданности отечеству, обещав ему полное забвение прошлого. Он поспешил исполнить это требование.

В это время французские войска ещё занимали некоторые города Испании. В качестве ординарца короля Иосифа, Ван-Гален явился в Париж к Военному министру и просил разрешения отправиться в Барселону, где находилась тогда главная квартира маршала Сюше. Здесь, воспользовавшись своим положением, добыл он шифр для секретной переписки и поспешил с ним в Мадрид. При помощи этого шифра были составлены на имена французских комендантов подложные предписания очистить занятые ими города. Выдавая себя за адъютанта маршала Сюше, Ван-Гален лично передавал предписание по принадлежности. Отступавшие французские гарнизоны были окружены и обезоружены испанскими войсками.

Национальное правительство Испании восстановило Ван-Галена в его правах и произвело его в чин капитана (22 марта 1814 года).

Реставрация законной королевской власти обманула надежды и упования испанских патриотов. Фердинанд VII, как было сказано про французских Бурбонов, тоже ничему не выучился и ничего не позабыл во время изгнания. Возвратясь в Мадрид (13 мая 1814 г), он отменил конституцию 1812 года, восстановил инквизицию и учредил целую систему самого гнусного шпионства. В Испании настала эпоха необузданного и кровожадного произвола. Темницы наполнились тысячами заключённых: здесь томились лица, занимавшие должности по назначению кортесов или находившиеся на службе у французов, приверженцы либеральной партии и т.д.

В число арестованных попал и Ван-Гален, но ему удалось оправдаться и даже получить в награду чин подполковника. В сент. 1817 г. он был вновь привлечён к ответственности по обвинению в соучастии в заговоре против правительства Фердинанда. На этот раз дело приняло опасный для Ван-Галена оборот. Он был передан в руки инквизиции, которая подвергла его пытке для обнаружения нитей заговора. По всей вероятности, он вышел бы из темницы прямо на плаху, но друзья и единомышленники вовремя помогли ему: 30 янв. 1818 г. он бежал из мадридской тюрьмы и в июне того-же года был уже в Лондоне. Отсюда отправился он в Россию, где много иностранцев нашли в ту смутную эпоху приют и службу.

Но время не благоприятствовало Ван-Галену. Император Александр I, проникнутый всецело идеями священного союза, не мог отнестись благосклонно к человеку, заподозренному в революционных замыслах против своего законного короля. Тем не менее, благодаря покровительству влиятельных лиц и особенно Бетанкура, ходатайство Ван - Галена увенчалось успехом, хотя, быть может, и не вполне согласно с его надеждами: Высочайшим приказом от 16 мая 1819 г. он был определён с чином майора в Нижегородский драгунский полк на Кавказе. В то время отдалённый край этот считался местом ссылки, и сам император Александр I называл его тёплой Сибирью.

Ген. Ермолов, нуждавшийся в образованных офицерах для занятий по части ген. штаба, вошёл с представлением о причислении Ван-Галена к квартирмейстерской части, но император Александр I повелел: «оставить его в полку, где он скорее может научиться русскому языку». (Отношение инспекторского департамента Главного штаба ген. Ермолову от 15 окт. 1819 г. № 10490).

Весной 1820 г., когда отряд под начальством кн. Мадатова был направлен в Дагестан, Ермолов воспользовался этим случаем, чтобы дать возможность Ван - Галену заслужить боевое отличие. Он вызвал его из Карагача, где стояли Нижегородские драгуны и прикомандировал к отряду кн. Мадатова, вместе с А.И. Якубовичем, также нуждавшемся в отличии после перевода из гвардии на Кавказ за участие в известной дуэли Шереметьева с Завадовским. Сознавая, что таким прикомандированием нарушено положительное приказание держать Ван-Галена при полку, Ермолов поспешил представить начальнику главного штаба, князю Волконскому объяснение своего распоряжения. «Бывший испанской службы, Нижегородского драгунского полка майор Ван-Гален - писал Ермолов от 18 мая 1820 г. № 2035 - получил от родных своих из Испании известие, что переменившиеся обстоятельства собственно лица его касающиеся, льстят его надеждой возвращения в отечество. Сколько не желает он сего возвращения, но не хочет им воспользоваться, доколе услугами своими не выразит неограниченной благодарности своей за милости и щедрости государя императора, великодушно принявшего его под высокое своё покровительство. Дежурный ген. главного штаба, от 15 окт. 1819 г. № 10490, объявил мне, чтобы для скорейшего изучения российского языка не иначе употреблять на службу майора Ван-Галена, как в Нижегородском драгунском полку, но почёл я за неприличное отказать удовлетворения в столь благородных чувствах майору Ван-Галену, тем более, что обстоятельства, не допуская его продолжать службу, лишают его чести изъявить свою благодарность, и потому употребил я его при отряде войск под начальством ген.-майора кн. Мадатова, отправляющемся в гopы для наказания и изгнания изменника Сурхай-хана Кази–кумухского».

За отличие при штурме аула Хозрека (12 июня 1820 г.) и поражении скопища мятежного Сурхая, Ермолов представил Ван - Галена к ордену св. Владимира 4-й степ. с бантом. В наградном представлении (AКТЫ, VI, II, № 96) было сказано: «майор Ван-Гален, раненный на штурме Хозрека, служил примером неустрашимости и усердия, которые видел в нём каждый с уважением. Я прошу исходатайствовать ему орден св. Владимира 4-й степ. с бантом. Иностранец в стране отдалённой гордиться будет служением в храбрых войсках государя великого»

Ван-Гален получил бы, несомненно вполне заслуженную награду, если бы не переворот, совершившийся в Испании в начале 1820 года. В первых числах янв. Взбунтовался экспедиционный корпус, собранный в окрестностях Кадикса для отправки в южно-американские владения Испании. Во главе восставшихся находились полковники Рафаэль Риего, Антонио Квирога и Сан-Мигуель. Волнение распространилось на соседние провинции. Фердинанд VII не будучи в силах справиться с движением, поспешил уступить ему: 7 марта 1820 г. появился декрет, возвестивший народу о согласии короля принести присягу на верность конституции 1812 года. Испанские либералы были в восторге. Они забыли только, что Фердинанд VII никогда не затруднялся уничтожать на другой день то, чему присягал накануне.

Ван-Гален говорит, что впервые узнал об этом перевороте из писем, полученных им в городе Кубе, 24 июня 1820 г., на обратном пути из Дагестана в Тифлис (Memoires, VII, 334). Но приведенный выше отзыв Ермолова от 18 мая 1820 г. доказывает, что Ван-Гален имел сведение о совершившейся в Испании революции ещё до отправления своего в Дагестан и тогда же заявил Ермолову о своём намерении возвратиться на родину. Едва ли можно допустить, что Ван-Гален по забывчивости неправильно изложил хронологическую последовательность событий. Надо думать, скорее, что он сделал это умышленно. Дело в том, что в своих мемуарах он старается выставить себя невинной жертвой нерасположения императора Александра I к испанскому перевороту, как торжеству принципов, противных идее Священного Союза. Нерасположение это есть факт несомненный, но едва ли Александр стал бы вымещать своё неудовольствие на Ван-Галене, если бы не подозревал его самого в деятельном сочувствии революционному движению в Испании.

На представление за № 2035 Ермолов получил сухой ответ, что ему предоставляется уволить майора Ван-Галена вовсе от службы, когда он сие пожелает.

Дежурный ген. Главного штаба, ген.-адъют. Закревский Ермолову от 9 июля 1820 г. № 7083.

В первых числах июля 1820 г. Ван-Гален возвратился в Тифлис. Узнав здесь из газет подробности об испанском перевороте, он выразил ген. Ермолову настоятельное своё намерение возвратиться немедленно на родину. Ермолов просил его подождать до сентября, когда, по принятому тогда порядку, делались увольнения по военному ведомству.

Между тем, до сведения императора Александра дошли из Испании такие известия, которые окончательно уронили Ван - Галена в его мнении. Государь не только отказал ему в награде за штурм Хозрека, но и повелел Ермолову выслать его немедленно из пределов России.

Причины этих мер изложены в собственноручном письме начальника Главного штаба, кн. П. М. Волконского от 17 авг. 1820 г. (№ 344) из Варшавы, полученном Ермоловым в Тифлисе 20 сент.

ВАЛЕН, ГАН.

«Свидетельство дано служившему в Нижегородском и др. п. май. В-Г. в том, что он по желанию его находясь в отряде сего года в Дагестане бывшем, коммандовал он особенной частью пехоты при штурме укреплений, при при совершенном разбитии войска Сурхай - хана Казикумухского и покорение под Российскую державу самой области, где своей храбрость обратил на себя внимание начальства. В удовлетворени сего и с приложением герба моей печати свидетельствую».

В Грузии, в г. Тифлисе, 2 окт. 1820 г.
Ермолов

№ 4055, Журн. исход. по части военной, 1820, дано № 670.

Закл. 820 № 4058 препдисание Моздок. командиру, подп. - ку Кожыреву (?) о пропуске без задержания через Моздокский карантин уволенного из службы майора В.Г

На основании вышеуложенного повеления, сообщенного мне деж. ген. Г.–шт. от 9 июля № 7083, уволен В.Г. вовсе от службы, предписываю исключить из полковых списков майора В. - Г. уже отправился из [нрзб] в путь

Ермолов полк - ку Климовскому 5 окт. 820 № 4092, там - же; о том - же Ермолов Закревскому 5 окт. 1820 № 4093.

источник

Сборник сведений к словарю кавказских деятелей (XIX – нач. XX вв.), собранных Евгением Густавовичем Вейденбаумом, известная как «Картотека Вейденбаума»